На рыбалке

Перекусив и глотнув горячего чая, мы начали потихоньку выходить из охватившего нас ступора. Серега допивает уже третью бутылочку «Волжанина», и Димка, глядя на него, тоже соблазняется и лезет за пивом.

Я, тем временем, не спеша настраиваю пару донок и закидываю с обрыва, пытаясь повесить колокольчики… Кончик удилища постоянно кто-то дергает, пытаясь вырвать удилище из рук, приманка не успевает долететь до дна, и поклевки следуют сразу же за приводнением, поэтому приходиться отказаться от второй донки и колокольчиков, которых в такой ситуации и не одеть вовсе.

После заброса ты просто не даешь вырвать у тебя удилище и, сделав на всякий случай подсечку, а в большинстве случаев рыба сама сразу же засекается, тут же выматываешь леску, чувствуя, как трепыхается и рвется кто-то на том конце. Увлеченные такой восхитительной рыбалкой, мы и не заметили, как набили отборной рыбой, весом под килограмм, все пустующие емкости, нашедшиеся в нашем распоряжении и, гордясь своим отменным уловом, похвалились проходящим мимо рыбакам, на что они только посмеялись и сказали, что они таких отпускают, пригласив следовать за ними. Их лагерь расположился буквально в ста метрах от нашего, на самой оконечности мыса, и через минуту мы уже подходили к длинному и широкому столу, сколоченному из грубых досок, за которыми колдовали трое мужиков.

При приближении картина все больше прояснялась, замызганные по уши, по локоть в крови, один из которых пытается такой рукой смахнуть прилепившуюся невесть как чешую, размером с человеческую ладонь, за плечом, размазывая кровавые ошметки по всей спине. Подойдя к столу, нашим изумленным взорам, предстал необъятный бронзовый красавец, невероятно мощный, закованный в сверкающую великолепную броню, словно тяжелый рыцарь, в начищенных до блеска доспехах, в стародавние времена.

Этот сазан, был настолько толстым и широким, что представлял собой небольшую гору, возвышавшуюся на столе, чуть ли не на пол метра, лежа на боку, казалось что на него можно сесть и кататься верхом, словно на лошади, а потянул он аж на тридцать с лишним килограмм! Мужики тем временем, не обращая внимания на наши восхищенные взгляды, деловито, отработанными движениями, умело разделывали просто на мясо этот непревзойденный трофей, снимая сочные лоскуты вдоль позвоночника, саблевидными ножами.

Эта бригада оказалась из Воронежа, которые из года в год приезжают на это место на промысел, заготавливая в трехсотлитровых бочках филе сазана, ловя при этом только на одну удочку с одним крючком, и действительно отпускали «молокососов», в которых не было пяти килограмм.

Действовали же они следующим образом, опустив на дно часть гусеницы от трактора, они привязывали сверху пластиковые бутылки, таким образом, сделав каждому по нескольку рабочих точек. Каждое утро они набивали большие сетки, куда влезало 2-3 ведра прикормки и опускали обратно на дно к точкам ловли, течение вымывая прикорм оставляет длинный след ниже по течению, чем привлекает рыбу, так же они периодически их приподнимали немного, чтоб выпустить по течению еще большее облако привлекательной мути и крупных частиц смеси.

Процесс ловли был похож на работу, они ловили по сменам, одни отработали, разделывают рыбу и спать, тут же заступает следующая смена. Тактика была совершенно проста, если нет клева порядка 15-20 минут они парой взмахов весел переплывают к другой прикормленной точке, привязываясь к бутылкам ближе или дальше от берега, точки были расположены в три ряда по 4-5 точек в каждом, на расстоянии 10-15 метров друг от друга, поэтому можно было смещаться по ним в любом направлении. Снастями им служил алюминиевый спиннинг с невской катушкой и леска 0,6 – 0,8, груз скользящий порядка 50-80 грамм.

На конце удилища был жесткий самодельный кивок, и после одного-двух уверенных его сгибаний они делали подсечку, после чего следовала восхитительная борьба. Рыболов практически ложился в лодку упираясь ногами в борт, спиннинг сгибался дугой и его кончик порой уходил под воду и в таком положении проходили первые 5-7 минут борьбы, затем рыбина начинала немного сдаваться и начинало получаться быстро сделать 1-2 оборота катушки, после чего рыба опять делала рывок и приходилось снова ложиться, не давая вырвать удилище, все происходило с комментариями действий рыбины под водой, всякими подковырками и усмешками в ее адрес, и когда она оказывалась в итоге на поверхности, начиналось самое красивое зрелище, вода вскипала, брызги летели в разные стороны, захлестывая и лодку и рыболова, доставалось и тем, кто находился в непосредственной близости, главное было не дать ей завести леску за парковочную веревку, но через какое то время рыба все же утомлялась и позволяла завести себя в безразмерный подсачек. Клевало у них исправно, однако в лодке оказывалась лишь одна из трех рыбин, то ломая здоровенный крючок или заводя снасть в коряги.

Лодки были самые обычные уфимки, но с самодельным фанерным дном, которое раскладывалось на петлях и можно было спокойно постоять в лодке, словно на берегу. Они же нам и объяснили, что крупная рыба предпочитает червя, которого в степях просто нет, насаженного гроздью на громадный по Подмосковным меркам крючок, а наша каша обдирается моментально, не достигнув дна, и поэтому по настоящему крупной рыбы нам не поймать.

Так же они подсказали, как сделать приманку, которая была бы не по зубам рыбьей «мелочи», сварив из не хитрых ингредиентов объемные «резиновые» наживки, которые часами смогут находиться в воде, не размываясь течением. Для этого нужно было замочить геркулес на пару часов, затем замесить на пополам с манкой, и скатав колбаски типа клецок, кинуть в кипящую воду минут на пятнадцать.

В итоге получалась наживка, которая может по пол дня находиться в воде и не соскакивать, оставалось только все завернуть в тряпочку и потом отламывать кусок нужного размера.

Вернувшись к своему лагерю, мы, сварив, как сумели картошку с тушенкой, пообедали получившейся массой, что-то среднее между супом и вторым, сожалея мимоходом, из-за отсутствия прекрасного пола, и, взяв у Воронежцев бредень, решили отправиться докупить продуктов и заодно разведать окрестности. Не доезжая первого ерика, загодя заглушаем машину, и передернув затвор «Сайги», я по-пластунски, лавируя как змея между кочками и стараясь не выдавать себя шумом, ползу по болотной жиже к усеянной утками водной поверхности.

Минут через десять, перемазавшись с головы до пят, болотная жижа и ряска свисала прямо из-за ушей, раздвинув аккуратно заросли тростника, я вынырнул прямо под носом у самых уток. Тщательно прицелившись в самую гущу я выстрелил дуплетом, что тут началось, сотни, нет тысячи птиц, взмыли вверх затмевая солнце, раздирая тишину истошными криками и шумом хлопающих крыльев. Хоть дробь и пошла кучно, но утки сидели на воде настолько плотно, что почти с дюжину их осталось лежать на поверхности.

Александр Колосов
По материалам Большая рыбалка и Журнал о рыбалке

Загружается, подождите...

Горячие новости:

Popularity: 5%

Теги:Рыбацкие истории, снасти, Советы

This entry was posted on Четверг, Апрель 12th, 2007 at 3:43 пп and is filed under Рыбацкие истории. You can follow any responses to this entry through the RSS 2.0 feed. You can leave a response, or trackback from your own site.